Особенности лечения ишемической болезни сердца у пациентов с сахарным диабетом 2 типа

Вестник терапевта № 3 (39), 2019. Ишемическая болезнь сердца

Какорин Сергей Валентинович — к. м. н., заведующий отделением неотложной кардиологии ГБУЗ «Городская клиническая больница № 4» Департамента здравоохранения г. Москвы. 115093, г. Москва, ул. Павловская, д. 25. E-mail: kakorin-s@yandex.ru

Мкртумян Ашот Мусаелович — д. м. н., профессор, заведующий кафедрой эндокринологии и диабетологии ГБОУ ВПО «Московский государственный медико-стоматологический университет им. А. И. Евдокимова» Минздрава России. 127473, г. Москва, ул. Делегатская, д. 20, стр. 1. E-mail: doctor.ru@rusmg.ru

Пекарская Марианна Викентьевна — д. м. н., главный научный сотрудник отделения кардиологии ГБУЗ «Научно-практический центр интервенционной кардиоангиологии» Департамента здравоохранения г. Москвы. 101000, г. Москва, Сверчков пер., д. 5. E-mail: mpekarskaya@mail.ru

Цель работы: рассмотрение вопросов тактики лечения ИБС у больных сахарным диабетом 2 типа (СД2).

Основные положения. После повторного острого коронарного синдрома больные СД2 должны в течение всей жизни принимать два различных антиагреганта. При применении ингибиторов АПФ и статинов необходимо стремиться к максимальным терапевтическим дозам. Больным СД2, осложненным ДАКН, для достижения целевого уровня ЧСС требуется назначение больших доз кардиоселективных бета-адреноблокаторов.

Заключение. Поражение миокарда при СД2 определяется макро- и микроангиопатией коронарных артерий, нейропатией, нарушением реологических свойств крови, требующими не только компенсации углеводного обмена, но и применения максимальных терапевтических доз препаратов, влияющих на эти звенья патогенеза.

Заболеваемость сахарным диабетом 2 типа (СД2) распространяется с катастрофической скоростью, она превратилась в эпидемию XXI века. СД2 значительно увеличивает риск сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), в основе развития которых лежат вторичные метаболические нарушения, возникающие вследствие длительной декомпенсации СД2. Основные патогенетические механизмы развития заболеваний сердечно-сосудистой системы у больных СД2 — гипергликемия, дисфункция эндотелия, нарушение реологических свойств крови и липидного обмена, гиперинсулинемия, инсулинорезистентность, генетические факторы, АГ, табакокурение и др. Поражение миокарда при СД2 определяется не только атеросклерозом коронарных артерий, но и наличием специфических изменений сердечной мышцы, связанных с микроангиопатией и нейропатией. Поражение тонких и толстых нервных волокон при диабетической нейропатии способствует снижению всех видов периферической чувствительности, в том числе и сердца [22].

В основе развития диабетической автономной кардионейропатии (ДАКН) лежат процессы денервации сердца и сосудов, которые оказывают влияние на клиническую картину и прогноз ССЗ при СД2. Клиническими проявлениями ДАКН являются тахикардия покоя, фиксированный ригидный сердечный ритм, аритмии, ортостатическая гипотония, АГ, снижение толерантности к физической нагрузке, дисфункция ЛЖ, отечный синдром, ХСН [14]. Наличие ДАКН ухудшает прогноз, увеличивает риск внезапной смерти вследствие фатальных нарушений ритма. Риск развития острого инфаркта миокарда (ОИМ) у больных с сочетанием ХСН и СД2 при ДАКН выше [2, 26]. Цель данной статьи: рассмотрение вопросов клинической картины ДАКН и тактики лечения ИБС у больных СД2.

Основное условие лечения и профилактики осложнений СД2 — стойкая компенсация углеводного обмена. Наиболее перспективным направлением в лечении ДАКН следует считать применение средств, действие которых затрагивает патогенетические механизмы и клинические проявления нейропатии. При дефиците тиамина нарушается синтез оксида азота, что приводит к вазоспазму и нарушениям вегетативной нервной системы [34]. Одновременный прием высоких доз тиамина, пиридоксина и цианкоболамина сопровождается ослаблением и замедлением проявлений неврологической симптоматики [4]. Результаты проведенных исследований подтверждают, что бенфотиамин и пиридоксин в составе препарата Мильгамма композитум могут предотвратить образование конечных продуктов ускоренного гликозилирования белков (в частности сорбитола) и повышать активность транскетолазы [3, 24].

Таким образом, успех профилактики и лечения диабетической полинейропатии заключается в своевременности выявления этого осложнения и в комплексном подходе (нормализация уровня гликемии и назначение препаратов, воздействующих на патогенетические механизмы развития диабетической нейропатии).

У пациентов с ИБС и СД2 консервативная терапия включает в себя назначение антиагрегантов, бета-адреноблокаторов, ингибиторов АПФ (ИАПФ), статинов. Однако у лечения этими препаратами больных СД2 имеются свои особенности.

Консервативная терапия ИБС у больных с СД2, как и у всех больных ИБС, должна дополнять инвазивные методы — механическую реваскуляризацию, а при ее отсутствии в первые 6 часов после начала приступа — тромболитическую терапию [11, 30].

Антиагреганты занимают ведущее место в терапии ИБС при консервативном подходе, а также при проведении ангиопластики или аорто-коронарного шунтирования. По современным представлениям, все пациенты с ИБС должны в течение всей жизни получать препараты ацетилсалициловой кислоты, а в течение первых 12 месяцев после острого коронарного синдрома (ОКС) дополнительно еще один один антиагрегант, например, клопидогрел, тикагрелор или прасугрел (уровень доказательности А) [20, 27]. При этом в лечении больных с нормальным углеводным обменом предпочтение отдают тикагрелору, так как он сильнее угнетает агрегацию тромбоцитов при более редком развитии кровотечений (уровень доказательности В), больных с СД2 — прасугрелу (уровень доказательности В) [17]. Тем не менее существует альтернативное мнение о том, что у всех больных наиболее безопасным с точки зрения появления осложнений со стороны системы гемостаза является клопидогрел (уровень доказательности С) [20]. В случае повторного развития ОКС больной должен всю жизнь принимать два различных антиагреганта (уровень доказательности А) [17].

В литературе описывают безболевую форма ОИМ, которая встречается в 10–20% случаев [9, 12], однако ее не следует приравнивать к бессимптомной форме. У больных СД2 чувство нехватки воздуха часто выступает на первый план, поэтому одышку при физической нагрузке следует расценивать как эквивалент стенокардии, а удушье, по поводу которого больные госпитализируются в кардиореанимацию, в большинстве случаев является проявлением ОИМ и сопровождается повышением уровня кардиоспецифических ферментов.

В случае развития отека легких нитраты являются препаратами первой линии, наравне с наркотическими анальгетиками. Нитраты уменьшают застой в легких без неблагоприятного изменения ударного объема и потребности миокарда в кислороде. Дозы нитратов должны быть высокими, так как в низких дозах они вызывают дилатацию только венозных сосудов, а при увеличении дозы — также и артерий, включая коронарные [18]. Терапия нитратами может быть начата с сублингвального применения нитроглицерина или изосорбида динитрата. При неэффективности первой дозы сублингвального нитроглицерина возможно повторное его применение через 5–10 мин. Наиболее эффективным является внутривенное введение нитратов (нитроглицерин 20 мкг/мин или изосорбид динитрата 1–10 мг/ч). Дозу необходимо титровать по уровню среднего АД. Оптимальной считается доза, когда среднее АД снизится на 10 мм рт. ст. Дозу нитратов необходимо уменьшить, если систолическое давление достигнет уровня 90–100 мм рт. ст. [17].

Бета-адреноблокаторы рекомендуют применять у всех больных ИБС при отсутствии противопоказаний (уровень доказательности А), причем у пациентов с сохраняющимися приступами стенокардии покоя или признаками ишемии миокарда на ЭКГ сначала предпочтителен внутривенный путь введения (уровень доказательности В). Парентеральное введение бета-адреноблокаторов требует контроля ЧСС и АД, при этом желательно непрерывное мониторирование ЭКГ. Целью последующего перорального приема бета-адреноблокаторов должно быть достижение ЧСС 50–60 уд./мин (уровень доказательности А), а в тяжелых случаях ЧСС можно снизить до 50 уд./мин при тщательном контроле предсердно-желудочковой проводимости (уровень доказательности В) [15, 17].

Применение бета-адреноблокаторов у больных СД2 имеет ряд особенностей. Так, в отсутствие противопоказаний эти препараты предпочтительны в качестве начальной терапии, так как они особенно эффективны в снижении смертности и частоты развития повторных ОИМ у больных СД2. При отсутствии явных противопоказаний пероральное применение бета-адреноблокаторов рекомендовано всем больным СД2 с ИБС (уровень доказательности А) [8, 17]. Течение СД2 у больных, получающих терапию инсулинами или пероральными сахароснижающими препаратами, иногда осложняется гипогликемическими состояниями. Неселективные бета-адреноблокаторы могут пролонгировать и маскировать нейровегетативные проявления при гипогликемии. Именно поэтому при ИБС с СД2 препаратами выбора являются селективные бета-адреноблокаторы — их влияние на нейровегетативные проявления значительно менее выражено, чем неселективных. Селективные бета-1-адреноблокаторы (метопролол, бисопролол) целесообразно применять в лечении больных со сниженной вариабельностью сердечного ритма, который часто выявляется при СД2 в виде синдрома ДАКН [31]. Предпочтение следует отдавать препаратам продолжительного действия (24 ч) с более высокой кардиоселективностью, например, бисопрололу.

Имеются данные о том, что неселективный бета-адреноблокатор с альфа-1-адреноблокирующей активностью карведилол безопасен в плане влияния на нейровегетативные проявления при гипогликемических состояниях [15, 17]. Он снижает инсулинорезистентность, поэтому его применение у больных СД2, особенно в сочетании с ХСН, имеет преимущества по сравнению с использованием других бета-адреноблокаторов (уровень доказательности В) [8]. Для подавляющего большинства больных СД2 с клиническими проявлениями ХСН бисопролол и карведилол являются препаратами первой линии (уровень доказательности А) [1, 17].

ИАПФ часто применяют как в первые сутки ОКС, так и впоследствии (уровень доказательности А) [6, 15]. Помимо профилактики ремоделирования ЛЖ, они обладают широким спектром действия и существенно снижают летальность больных ИБС [8]. ИАПФ особенно эффективны у наиболее тяжелых больных с обширным некрозом миокарда, сниженной функциональной способностью ЛЖ при фракции выброса менее 40%, симптомами сердечной недостаточности и СД2 (уровень доказательности B) [5]. У больных СД2 поражение коронарных артерий часто проявляется клиническими признаками ХСН, сочетающимися с низкой фракцией выброса, а при декомпенсации или отсутствии фармакологической коррекции нарушений углеводного обмена — с «метаболической ишемией» миокарда. Однако ИАПФ улучшают прогноз и у больных без клинически значимого уменьшения фракции выброса.

Применение ИАПФ уменьшает смертность как в остром, так и в отдаленном периоде инфаркта миокарда (уровень доказательности B) [17]. Лечение ИБС ИАПФ следует продолжать как можно дольше. Это обеспечивает улучшение прогноза не только за счет профилактики прогрессирования ХСН, но и вследствие уменьшения вероятности развития повторного ОИМ [17, 34]. В процессе лечения необходимо контролировать содержание креатинина и калия в крови, особенно при нарушении функции почек [17], которое часто встречается у больных СД2 (диабетическая нефропатия).

Результаты многоцентровых рандомизированных клинических исследований (Сaptopril Prevention Project, Heart Outcomes Prevention Evaluation (HOPE), Antihypertensive and Lipid Lowering to prevent Heart Attack Tria, Prevention of Events with Angiotensin Converting Enzyme Inhibition) показали, что ИАПФ способны уменьшать риск первичного развития СД2. Однако вопрос о способности препаратов этой группы снижать уровень глюкозы в крови был решен отрицательно, поэтому в официальный перечень побочных эффектов, вызываемых ИАПФ, составленный ESC Expert Consensus, гипогликемия не внесена как состояние, развития которого следует опасаться при длительном приеме [11].

В исследованиях Eurodiab Controlled trial of Lisinopril in Insulin dependent Diabetes Mellitus, Bergamo Nephrologic Diabetes Complications Trial и HOPE было показано, что ИАПФ оказывают нефропротективное действие на больных ИБС и с нормальным углеводным обменом, и с СД2 — они предотвращают развитие диабетической нефропатии (уровень доказательности А). Следует отметить, что данный эффект не зависел от степени выраженности гипотензивного действия: нефропротективное действие имело место даже у больных, у которых ИАПФ существенно не влияли на гемодинамику [11]. Применение данных лекарственных средств при уже имеющейся диабетической нефропатии на стадии хронической почечной недостаточности изучено не так хорошо, однако исследование Modification of Diet in Renal Disease Study показало, что при скорости клубочковой фильтрации 25 мл/мин и менее применение ИАПФ опасно из-за гипотензивного действия, приводящего к утяжелению почечной недостаточности. Между тем у пациентов со скоростью клубочковой фильтрации более 25 мл/мин польза от использования ИАПФ превышала риск осложнений [11].

Опыт использования блокаторов рецепторов ангиотензина II при ОКС с подъемом сегмента ST значительно уступает опыту применения ИАПФ. По имеющимся данным, при ОКС с подъемом сегмента ST, осложнившимся снижением сократительной функции ЛЖ (фракция выброса < 40%) или признаками сердечной недостаточности, блокаторы рецепторов ангиотензина II производят эффект, сравнимый с действием ИАПФ, и применяются в случае непереносимости последних [33]. Один из новых препаратов этой группы эпросартан способствовал уменьшению инсулинорезистентности у 29% больных и снижению гиперинсулинемии у почти 19% больных; однако его влияние на течение и прогноз острой или хронической ИБС не исследовали [25].

В последнее десятилетие было доказано, что лечение статинами уменьшает как общую, так и сердечно-сосудистую смертность пациентов с болезнями сердца атеросклеротической этиологии [23]. Тем не менее вопрос о том, могут ли статины, назначенные больным с ОКС, влиять на ближайший прогноз, остается нерешенным. Показано, что уменьшение ССЗ и смертности при применении статинов более выраженно, чем можно было бы ожидать от изолированного снижения уровня холестерина липопротеинов низкой плотности (ЛНП) [21]. В дополнение к благоприятному влиянию на показатели липидного спектра (увеличение уровня холестерина липопротеинов высокой плотности, снижение уровня триглицеридов) статины обладают плейотропными эффектами (увеличение биодоступности оксида азота, стабилизация атеросклеротической бляшки, противовоспалительное, антитромботическое, антиоксидантное и иммуномодулирующее действия, способность повышать эластичность артерий и улучшать функцию эндотелия) [35]. Указанные свойства могут быть особенно полезны при лечении пациентов с ИБС.

Реваскуляризация миокарда у больных с ОКС и СД2 снижает риск повторных коронарных событий лишь на 20% (а в ряде случаев профилактический эффект интервенционного воздействия отсутствует), тогда как применение высоких доз статинов уменьшает риск развития повторной стенокардии в 26% случаев. Это можно объяснить тем, что процедура реваскуляризации устраняет обструкцию лишь одного участка коронарного русла, тогда как у данной группы пациентов чаще встречается многососудистое поражение [10].

Плейотропное действие статинов при ИБС, как показали A. Link и соавт. [28], развивается в течение первых дней после назначения, что создает предпосылки для их успешного применения. Кроме того, пациенты с осложненным коронарным атеросклерозом — группа наиболее высокого сердечно-сосудистого риска, для лечения таких больных статины, являясь антиатеросклеротическими препаратами, должны быть особенно эффективными.

В соответствии с экспертными рекомендациями, лечение больных с высоким и очень высоким риском ССЗ должно начинаться со средних доз статинов (20 мг аторвастатина, 10 мг розувастатина, 40 мг симвастатина) для достижения целевых значений холестерина ЛНП менее 1,8 ммоль/л (70 мг/дл) или на 50% от исходного. Если этого достичь не удается, следует увеличить дозу статинов (до 40 мг розувастатина, до 80 мг симвастатина и 40 мг аторвастатина), а при неэффективности такой схемы — добавить к средним дозам статинов 10 мг эзетимиба [28].

Отмечены крайне редкие случаи развития СД2 на фоне приема высоких доз статинов у больных с нормальным углеводным обменом, однако считается, что снижение риска развития ССЗ для таких больных перевешивает риск нарушения углеводного обмена. Кроме того, количество впервые диагностированного СД2 у пациентов, принимавших средние дозы статинов, статистически значимо не отличалось от группы сравнения [28]. Подобные выводы относительно доз препаратов, их эффективности и безопасности подтверждают исследования Early Intensive vs a Delayed Conservative Simvastatin Strategy in Patients With Acute Coronary Syndromes, рhase Z of the A to Z Trial и Pravastatin or Atorvastatin Evaluation and Infection Therapy — Thrombolysis In Myocardial Infarction 22, авторы которых изучали прогноз пациентов, перенесших ОКС. Их результаты говорят о том, что польза терапии высокими дозами статинов при достижении целевых значений ЛНП значительно превышает риск развития осложнений, как давно известных (таких, как рабдомиолиз, миопатия), так и связанных с нарушением углеводного обмена (уровень доказательности А) [16].

Уровень доказательности применения в кардиологии цитопротекторов, таких как триметазидин, пока невысок, несмотря на то что в настоящее время запущено несколько больших исследований на эту тему. Однако больным ИБС с сопутствующим СД2 триметазидин показан, что можно объяснить наличием у этой группы пациентов «метаболической ишемии», снижающей сократительную способность миокарда не только в зоне окклюзированной артерии. При реваскуляризации миокарда зачастую развивается «реперфузионный синдром», обусловленный активацией процессов перекисного окисления липидов после поступления кислорода в клетки, в которых содержится большое количество восстановленных компонентов дыхательной цепи. Происходит сбрасывание электронов в обход дыхательной цепи непосредственно на молекулы кислорода, вследствие чего образуется большое количество свободных радикалов. Последние инициируют реакции перекисного окисления липидов, являющиеся важным молекулярным механизмом повреждения клеточных мембран. Триметазидин способен замедлять развитие ацидоза и накопление Na+ в кардиомиоцитах. Введение триметазидина во время реперфузии подавляет поступление иона Na+ в кардиомиоцит, уменьшает развитие ионного дисбаланса и приводит к значительному снижению постишемической систолической дисфункции. Таким образом, триметазидин способен эффективно воздействовать на Na+-, Са2+- и H+-обмены в ишемизированном и реперфузируемом миокарде [19].

Терапия такого осложнения ОИМ, как отек легких, требует назначения высоких доз диуретиков. Предпочтение отдается фуросемиду, место действия которого — клубочки нефрона. Фуросемид в дозе 20–40 мг вводят внутривенно медленно. Другой схемой его назначения является начальная доза 80 мг внутривенно и последующее капельное введение препарата в дозе 10–20 мг в течение каждого часа. Если в течение часа повышения диуреза не отмечают, рекомендуется повторить дозу 80 мг (уровень доказательности А) [29]. Можно использовать и другие клубочковые диуретики: буметанид, торасемид. Следует указать, что при выраженной гипотензии (систолическое АД ниже 90 мм рт. ст.) или при развитии шока назначение диуретиков не оказывает столь выраженного эффекта, что обусловлено низкой перфузией потока крови через почки [13].

Эффект от применения диуретиков у больных СД2 при ИБС был пересмотрен после проведения нескольких крупных рандомизированных клинических исследований, изучавших органопротективные свойства и клиническую безопасность индапамида и гидрохлоротиазида. Они показали, что индапамид, в отличие от гидрохлоротиазида, обладает профилактическим действием в отношении ремоделирования миокарда, нефропротективным действием, а также статистически значимо снижает общую смертность [7]. Влияние калийсберегающих диуретиков на углеводный обмен недостаточно изучено, и в настоящее время нет убедительных сведений об их метаболическом действии. Однако у больных СД2 применение этого класса препаратов ограничено из-за высокого риска развития гиперкалиемии [32].

Заключение

Тактика лечения острых форм ИБС у больных сахарным диабетом 2 типа (СД2) должна включать инвазивные методы: механическую реваскуляризацию, а в случае невозможности ее выполнения в первые 6 ч после начала приступа — проведение тромболитической терапии. Поскольку при СД2 имеется поражение проксимального и дистального коронарного русла в сочетании с диабетической микроангиопатией, уменьшающих коллатеральный кровоток, инфузионное введение нитроглицерина может сопровождаться быстрым положительным эффектом. У больных СД2 нарушены реологические свойства крови, поэтому терапия, проводимая низкомолекулярными гепаринами, должна быть более длительной, чем у пациентов с нормальным углеводным обменом. После развития ОКС пациенты с СД2 должны получать два различных антиагреганта в течение 12 месяцев. Назначение больным СД2 неселективного бета-адреноблокатора с альфа-1-адреноблокирующей активностью карведилола и селективного бета-1-адреноблокатора бисопролола более безопасно по сравнению с другими бета-адреноблокаторами в отношении влияния на нейровегетативные проявления при гипогликемических состояниях. Лечение ИБС ингибиторами АПФ у больных СД2 следует продолжать как можно дольше, так как это обеспечивает улучшение прогноза не только за счет профилактики прогрессирования ХСН, но и вследствие уменьшения вероятности развития повторного инфаркта миокарда. Больные СД2 имеют очень высокий риск развития коронарного атеросклероза и сердечно-сосудистых заболеваний, поэтому применение статинов считается особенно эффективным.

Подготовлено по материалам
научно-практического медицинского рецензируемого журнала
«Доктор.Ру» № 4 (92), 2014. С. 33-37.

  1. Аверков О. В. Современные рекомендации по диагностике и лечению ОКС с подъемом ST // Российский национальный конгресс кардиологов «Интеграция знаний в кардиологии». Москва, 3–5 октября 2012. М., 2012. С. 30.
  2. Аверкова И. А. Хроническая сердечная недостаточность у больных сахарным диабетом типа 2 и острым коронарным синдромом / И. А. Аверкова, С. В. Какорин, К. Н. Аблина // Сборник материалов XIX Российского национального конгресса «Человек и лекарство». Москва, 23–27 апреля 2012 г. М., 2012. С. 46.
  3. Аметов А. С. Применение Мильгаммы композитум в лечении поздних осложнений сахарного диабета / Аметов А. С., Солуянова Т. Н. // Рус. мед. журн. 2009. Т. 17. № 10. С. 687–691.
  4. Анциферов М. Б. Диагностика и лечение диабетической дистальной полинейропатии у больных сахарным диабетом в амбулаторной практике / М. Б. Анциферов, А. К. Волковой // Рус. мед. журн. 2008. Т. 16. № 15. Эндокринология. С. 1–7.
  5. Демидова Т. Ю. Роль и место блокаторов ангиотензиновых рецепторов в коррекции компонентов метаболического синдрома у больных сахарным диабетом 2 типа / Т. Ю. Демидова, С. А. Косых // Рус. мед. журн. 2005. Т. 13. № 6. Эндокринология. C. 334–339.
  6. Диагностика и лечение больных острым инфарктом миокарда с подъемом сегмента ST ЭКГ. Российские рекомендации / Всероссийское научное общество кардиологов. М., 2007.
  7. Леонова М. В. Клиническое значение лекарственной формы индапамида модифицированного высвобождения — Арифон ретард // Consilium Medicum. 2010. Т. 12. № 1. С. 67–75.
  8. Лечение острого коронарного синдрома без стойкого подъема сегмента ST на ЭКГ. Российские рекомендации / Всероссийское научное общество кардиологов. М., 2006. C. 184–193, 196–201, 211–213.
  9. Оганов Р. Г. Болезни сердца. Руководство для врачей / Р. Г. Оганов, И. Г. Фомина. М.: Литтерра, 2006.
  10. Профилактика ранних и поздних сердечно-сосудистых осложнений у больных острым коронарным синдромом: роль статинов / В. О. Константинов, Г. О. Кухарчук, А. В. Кузнецов, Я. Р. Павлова [и др.] // Consilium Medicum. 2010. Т. 12. № 1. С. 62–66.
  11. Сахарный диабет: острые и хронические осложнения / Под ред. И. И. Дедова, М. В. Шестаковой. М.: Медицинское информационное агентство, 2011. С. 294–300.
  12. Сыркин А. Л. Острый коронарный синдром / А. Л. Сыркин, Н. А. Новикова, С. А. Терехин. М.: МИА, 2010.
  13. Чучалин А. Г. Отек легких: лечебные программы (часть III) // Рус. мед. журн. 2006. Т. 14. № 7. С. 4–8.
  14. Шашкова Л. С. Взаимосвязь диабетической кардиоваскулярной вегетативной нейропатии и дистальной сенсомоторной нейропатии у больных сахарным диабетом типа 2 / Л. С. Шашкова, С. В. Какорин // ХV Российский национальный конгресс «Человек и лекарство». Сборник материалов конгресса (тезисы докладов). Москва, 14–18 апреля 2008. М., 2008. С. 367.
  15. 2007 Focused Update of the ACC/AHA 2004 Guidelines for the Management of Patients With ST-Elevation Myocardial Infarction: a report of the American College of Cardiology/American Heart Association Task Force on Practice Guidelines: developed in collaboration with the Canadian Cardiovascular Society endorsed by the American Academy of Family Physicians: 2007 Writing Group to Review New Evidence and Update the ACC/AHA 2004 Guidelines for the Management of Patients With ST-Elevation Myocardial Infarction, Writing on Behalf of the 2004 Writing Committee / E. M. Antman, M. Hand, P. W. Armstrong, E. R. Bates [et al.] // Circulation. 2008. Vol. 117. N 2. P. 296–329.
  16. A tale of two trials: a comparison of the post-acute coronary syndrome lipid-lowering trials A to Z and PROVE IT–TIMI 22 / S. D. Wiviott, J. A. de Lemos, Ch. P. Cannon, M. Blazing [et al.] // Circulation. 2006. Vol. 113. N 11. P. 1406–1414.
  17. ACC/AHA 2007 guidelines for the management of patients with unstable angina/non-ST-Elevation myocardial infarction: a report of the American College of Cardiology/American Heart Association Task Force on Practice Guidelines (Writing Committee to Revise the 2002 Guidelines for the Management of Patients With Unstable Angina/Non-ST-Elevation Myocardial Infarction) developed in collaboration with the American College of Emergency Physicians, the Society for Cardiovascular Angiography and Interventions, and the Society of Thoracic Surgeons endorsed by the American Association of Cardiovascular and Pulmonary Rehabilitation and the Society for Academic Emergency Medicine / J. L. Anderson, C. D. Adams, E. M. Antman, C. R. Briges [et al.] // J. Am. Coll. Cardiol. 2007. Vol. 50. N 7. P. e1–e157.
  18. Bauer T. Modern treatment in acute coronary syndrome / T. Bauer, R. Zahn // Dtsch. Med. Wochenschr. 2012. Vol. 137. N 14. P. 722–725.
  19. Bolli R. Myocardial 'stunning' in man // Circulation. 1992. Vol. 86. N 6. P. 1671–1691.
  20. Current antiplatelet options for NSTE-ACS patients / G. Cayla, J. Silvain, S. A. O'Connor, J. P. Collet [et al.] // QJM. 2012. Vol. 105. N 10. P. 935–948.
  21. Davignon J. Beneficial cardiovascular pleiotropic effects of statins // Circulation. 2004. Vol. 109. N 23. Suppl. 1. P. III39–43.
  22. Dyck P. J. Diabetic polyneuropathy: section III / Dyck P. J., Dyck P. J. B. // Diabetic neuropathy / Ed. by P. J. Dyck, P. K. Thomas. 2nd ed. Philadelphia: W. B. Saunders, 1999. P. 255–278.
  23. Efficacy and safety of cholesterol-lowering treatment: prospective meta-analysis of data from 90,056 participants in 14 randomized trials of statins / C. Baigent, A. Keech, P. M. Kearney, L. Blackwell [et al.] // Lancet. 2005. Vol. 366. N 9493. P. 1267–1278.
  24. Haupt E. Benfotiamine in the treatment of diabetic polyneuropathy — a three-week randomized, controlled pilot study (BEDIP study) / E. Haupt, H. Ledermann, W. Köpcke // Int. J. Clin. Pharmacol. Ther. 2005. Vol. 43. N 2. P. 71−77.
  25. Impact of evidence-based cardiac medications on short- and long-term mortality in 7,567 acute coronary syndrome patients in the Gulf RACE-II registry / I. Al-Zakwani, K. Sulaiman, M. Al Za'abi, P. Panduranga [et al.] // Int. J. Clin. Pharmacol. Ther. 2012. Vol. 50. N 6. P. 418–425.
  26. Kempler P. Autonomic neuropathy: a marker of cardiovascular risk // Br. Diabetes Vasc. Dis. 2003. Vol. 3. N 2. P. 84–90.
  27. Kessler C. Antiplatelet therapy for secondary prevention of acute coronary syndrome, transient ischemic attack, and noncardioembolic stroke in an era of cost containment / C. Kessler, K. Thomas, J. Kao // J. Investig. Med. 2012. Vol. 60. N 5. P. 792–800.
  28. Link A. Rapid immunomodulation by rosuvastatin in patients with acute coronary syndrome / A. Link, T. Ayadhi, M. Böhm, G. Nickenig // Eur. Heart J. 2006. Vol. 27. N 24. P. 2945–2955.
  29. Mann A. Acute respiratory distress syndrome / A. Mann, G. L. Early // Mo Med. 2012. Vol. 109. N 5. P. 371–375.
  30. Part 10: acute coronary syndromes: 2010 American Heart Association Guidelines for Cardiopulmonary Resuscitation and Emergency Cardiovascular Care / R. E. O'Connor, W. Brady, S. C. Brooks, D. Diercks [et al.] // Circulation. 2010. Vol. 122. N 18. Suppl. 3. P. S787–817.
  31. Predictive value of silent myocardial ischemia for cardiac events in diabetic patients: influence of age in a French multicenter study / P. Valensi, J. Pariès, V. Brulport-Cerisier, F. Torremocha [et al.] // Diabetes Care. 2005. Vol. 28. N 11. P. 2722–2727.
  32. Preiss D., van Veldhuisen D. J., Sattar N., H. Krum [et al.] Eplerenone and new-onset diabetes in patients with mild heart failure: results from the Eplerenone in Mild Patients Hospitalization and Survival Study in Heart Failure (EMPHASIS-HF) // Eur. J. Heart Fail. 2012. Vol. 14. N 8. P. 909–915.
  33. Treatment disparities in the care of patients with and without diabetes presenting with non-ST-segment elevation acute coronary syndromes / G. X. Jr. Brogan, E. D. Peterson, J. Mulgund, D. L. Bhatt [et al.] // Diabetes Care. 2006. Vol. 29. N 1. P. 9–14.
  34. Variations of serum potassium level and risk of hyperkalemia in inpatients receiving low-molecular-weight heparin / G. Gheno, L. Cinetto, C. Savarino, S. Vellar [et al.] // Eur. J. Clin. Pharmacol. 2003. Vol. 59. N 5–6. P. 373–377.
  35. Withdrawal of statins increases event rates in patients with acute coronary syndromes / C. Heeschen, C. W. Hamm, U. Laufs, S. Snapinn [et al.] // Circulation. 2002. Vol. 105. N 12. P. 1446–1452.

Какорин С.В., Мкртумян А.М., Пекарская М.В. Особенности лечения ишемической болезни сердца у пациентов с сахарным диабетом 2 типа // Вестник терапевта. 2019. № 3 (39). URL: https://journal.therapy.school/statyi/osobennosti-lechenija-ishemicheskoj-bolezni-serdca-u-pacientov-s-saharnym-diabetom-2-tipa/ (дата обращения: дд.мм.гггг).

Предыдущая статья


Артериальная гипертензия и инфаркт миокарда

В обзоре литературы представлена информация о взаимосвязи артериальной гипертензии и острого инфаркта миокарда. Обсуждены проблемы влияния арт...

Читать

Следующая статья


Догоспитальная летальность пациентов с ишемической болезнью сердца при острых коронарных синдромах

Проблема внезапной коронарной смерти (ВКС) пациентов, страдающих ИБС, актуальна в мире более ста лет...

Читать

Наверх